Cтихотворения и песни – Паша ибн Горохов

Жизнь это сон, в которой люди – тени,
Твои желанья, вера, мысли – тлен,
Любовь и подлость лишь игра на сцене,
Где зритель – камень безразличных стен.

Друзья, любимая – набор картонных масок,
Привычно занявших на месте душ места,
Но снять их так порой бывает страшно –
За ними может оказаться пустота.

Ваш сон привычен – мир покоем дышит,
Прекрасны помыслы и ласковы виденья,
Вы счастливы, пока никто не слышит
Крик пробужденного жестоким откровеньем.

Жизнь это сон, в котором люди – тени…

ДИАЛОГ

Вы верите во что-то?
Что ж похвально!
Вы верите в него трансцендентально?
Банально, и простите, тривиально.
Хотя забавно, смело, актуально.
Но, несмотря на многие аспекты,
Ваш образ веры не коснулся спектра,
В котором интегрирован наш опыт,
Синхронной связью…
То есть, как так «В ЖОПУ»!?

ИДИЛИЯ

Когда умрет последний человек,
Тогда лишь ты поймешь как совершенен мир,
И скажешь, брат, по правде жалко мне…
Что ты до этого момента не дожил.

К ИУДЕ

Прощай, ты воскресил проклятье.
Ты так просил «Не покидай!»
Ты заключил меня в объятья,
Ты так хотел… Ну что ж, прощай.

Прости, что времени не тратя,
Я не открыл всем твой обман.
И день не кончится,
ты сам
Сравнишь лобзание с распятьем.

МОЙ БОГ НЕ ВЕРИТ В МЕНЯ

Все, что было, закончилось здесь.
Капли пота в сердце храня,
Я улыбаюсь, встречая смерть.
Мой Бог не верит в меня.

Странные мысли – картонная жесть,
Сумбур из ночи и дня,
Я, наверное, вышел весь-
Мой Бог не верит в меня.

Трепет – постылого мира тень
Каждым аккордом любя,
Я умираю каждый день,
Мой Бог не верит в меня.

Н*****

Ты – грань поспешного начала,
Ты – боль слепого бытия,
Ты – струн нетронутых октава,
Ты – трепет листьев сентября.

Твоя любовь, как агнец божий
Лежит на алтаре судьбы,
И будут прокляты дары,
Заклана быть в мгновенье может.

Любовь – как первые цветы.
Назначен срок, душа метется,
Неровен час и мир прогнется,
И будем вместе я и ты.

Я ждать готов и верить в чудо,
С тобой встречаться и терпеть
Стремленье на небо взлететь,
Войдя в безумие друг друга.

О****

Нелепость нашего сознанья
Приносит боль хмельных разлук,
И свет нетленного желанья
Наш враг и тьмы невольный друг.

В канун небес и в день творенья
Я остаюсь самим собой,
Я заставляю сновиденья-
Котят слепых играть со мной.

Раскрашен день и ночь прекрасна.
Я вновь живу и не умру,
Покуда ты над миром властна,
Пока я верую в игру.

ОНА

Она в тоске, где тень Земли
Искала ночь застывшей мерой,
Срывая ветхий плед любви,
Рождала истинную веру.

Она в безумии добра,
Где сон – реальное творенье,
Срывая бытия мгновенье,
Рождала искренность тепла.

Она – поспешное начало
Венчала величавый век,
Срывая мыслей покрывало,
Она – моей души зерцало…
Мой самый близкий человек.

ПОЭТ

Да, я безумен. Вся беда,
Что вдохновенье принимая,
Таким прибуду я всегда,
Таким всегда я сочиняю.

Пускай кричат другие – «бред»
И отчуждением тревожат,
Но всех милее и дороже
Мне отрешения обед.

И горний шепот в небесах
Не заглушат чужие споры,
И свет души не заслонят
Надежной твердью их основы.

Да, я безумен. Что с того?
Я не считаю дар проклятьем,
Я выбрал путь себе по стати
И не отринусь от него.

ПОЭТ № 2

Нет истины,
Нет мыслей,
Нет ответа,
И призирающий рождение рассвета,
Стоящий на границе тьмы и дня,
Бессмертный, как проклятие Сиддхарты,
Как мытарь не собравший полной платы,
Я фарисействую во имя Бытия.

ПРОРОК

Люди, а может звери,
Но этажом ниже,
Что-то негромко пели,
Ели, немного пили.

Звери, а может люди
Из отголосков стали
Вместо чужих прелюдий
Что-то свое искали.

Главное вмиг остыло.
Студень корявой плоти
В мире, где вы живете,
Залил святыню силы.

Сало и брешь осколков,
Купленных новой верой,
Нас замели настолько,
Что промолчать посмели.

Груды слепой до страха
Гладкой тоскливой скорби
Ночью стучали плахой,
Днем целовали в лобик.

Вымытый до основанья
Вместе с душой и телом,
Я оставался с вами,
Но ничего не сделал.

Плакал порой, как баба,
Пил да гулял привольно,
Только теперь невольно
Понял – душой был слабым.

Не отвратил проклятий,
Не сохранил беспечность,
Вместо слепых и зрячих
Создал в тумане вечность,

Белый туман и двери,
В них затаились, вижу,
Люди, а может звери,
Но этажом ниже…

ЭПИТАФИЯ

Сомненья след закрался в душу…
Основа образов и чувств
распалась
Разум чист и пуст.
Я мертв. Ход времени нарушен.
БЕДА

Беда никогда не приходит одна
Трусливо прячась за тенью
С мыльной веревкой застыв у окна
Она ждет моих сновидений

Скользкая грязная черная тварь
С мутным потухшим взглядом
Вползает в меня, расплавляя янтарь
Суицидальным ядом.

Пальцы дрожат и стучат у виска
Странные мысли о Боге
Капля текилы на море песка
Трансцендентальной скорби

Пепел мечты, философия дна
Все безразлично и пусто
Беда никогда не приходит одна
Я умираю. Грустно.

ЭЛИЗИУМ СКОРБИ

Иллюзия света,
Коррозия Бога.
Осталось немного
До вечного лета.

Кровавый развратник –
Коварные дети,
Резиновый пряник –
Имбирные плети.

Где все безразлично,
Где спирт вместо крови,
Где кровь вместо жизни,
Я корчусь от боли.

Мне хочется тьмы –
Я ищу просветленья.
Элизиум скорби,
Распятье прощенья.

Мне хочется верить,
Но вместо Завета –
Иллюзия Бога,
Коррозия света…

С****

Твой образ на окне,
Покрытый инеем,
Я подарю слепой заре
И небу синему,

Я обниму распутный снег,
И в оправдание
Снежком веселым
Запульну в твоё сознание.

Ты будешь плакать,
Будешь ждать моё раскаянье,
Но я так слаб,
Что мог тебе дать обещание.

В твоей груди снегирь-любовь
Искала гнездышка,
А я бродяга-музыкант,
Мне жизнь – осколышки.

Крест деревянный на могиле –
Мне прощение,
Застыли звезды,
И в душе твоей сомнение.

Не бойся верить,
Наша жизнь еще не кончена,
Растает иней на окне,
И будет солнечно…

ПРОРОК № 2

Сказочный бред вышел боком,
Ты, выйдя из дома пророком,
Сжигая глаголом сердца, обречен
Вернуться обратно простым палачом…

К ТЕБЕ…

Я думал – боль прошла, я верил в искупленье,
Но ты пришла – надежда сеет страх.
В твоих глазах я встретил преломленье
Того, что время превратило в прах.

Я знаю – жизнь нельзя вернуть обратно,
У смерти нет ни смысла, ни конца,
Но ты пришла, и я воскрес внезапно,
Омытый светом твоего лица.

Низвергнув суть слепого расставанья,
Вверяя путь своей судьбы беде,
Я жду твой взгляд, как грешник наказанья,
Я жду страданья, я иду к тебе…

КАТАРСИС

Катарсис был – мы встретились однажды.
Очищенной от грез и глупых суеверий,
Омывшись от любви и похотливой лажи,
Твоя душа тихонько околела.

Но стон дождя и самооправданье
Лелеет веру в искренность спасенья.
Скажи спасибо, милое созданье,
Что тело может жить без просветленья,

Что тело может без души проснуться,
Хотя на небе не зажгутся звезды.
Все будет так – тебе не увернуться,
Не ускользнуть от пустоты свободы.

Плодись, мой друг, чтобы побольше стало
Таких как ты – бездушных и прекрасных,
Что б перед смертью ты себе сказала:
«Хоть что-то в жизни не прошло напрасно…»

Песни


ВКУС ГОРДОСТИ

Охотится за верой
На людей,
Между первой
И второй жертвой
Перерыва нет.
Убей, убей!

Особый вкус гордости
С легким привкусом крови,
Что еще не распробовал?
Ну же, выстрели снова.
Вставай, вперед на народ,
И на лопатки без оглядки.
Кто тут самый главный урод?
Давай сыграем в прятки.

Света осталось мало,
Да тьмы на глазах довольно.
Мама, что с нами стало?
Господи, как же больно!

Пить из чаши белый
Первый свет.
Кто тут смелый?
Нарисуй мелом
На дверях в небо
«Нет!»

Особый вкус гордости
С легким привкусом крови.
Светлые лики подлости,
Добрые лики боли.
Враг спасает от драк,
Страх приходит во сне,
Кто здесь самый главный дурак?
Брат, иди ко мне!

Света совсем не стало,
Да тьма под ногами, как пропасть,
Мама, что с нами стало?
Боже, прости нам гордость.

ВРЕМЯ

Время закрыло голубые глаза,
Ответом на вопрос – нет,
Падал фиолетовый снег
На длинные ресницы дождя.

Время уходило домой,
Качало седой головой,
Время улыбалось нам вслед,
И кто-то выключил свет.

Время любить,
Время терять,
Время забыть,
Время искать,
Время понять
Других и себя,
Время менять
Имена.

Вечер, вершины из хрустального льда,
Звезды в летаргическом сне
Я дарю сегодня тебе,
И этой ночью будет гроза,

Ветер и холодный рассвет,
Ровно через тысячу лет
Птицей за последним дождем
Солнечным днем.

Время любить,
Время терять,
Время забыть,
Время искать,
Время понять
Других и себя,
Время менять
Имена.

Время застыло над спящей землёй,
Над глупой румяной весной,
Над моей головой,
Время улыбалось зарей…

ВСЕ ЧТО ТЫ ВИДИШЬ…

Все что ты видишь на стенах,
Все что ты можешь отнять у меня-
Это моя измена,
Это мое проклятие…

Птицу – свободное сердце,
Из грудной клетки пальцами
Вырвать на волю ветру,
Да закричать от счастья.

Вот сатана на паперти
Собирает копейки-души,
Кому ж вы, суки, платите?
Кому, дураки, служите?

Все что можно продать – продано,
Перекрещено, да разменяно.
Над Россией кружатся вороны,
Да плюются огнем на землю.

Все что гниет на кафеле,
Спрятавшись в ванной комнате,
Это моё призвание-
В соплях и жирной копоти…

Вот сатана на паперти
Собирает копейки-души,
Кому ж вы, суки, платите?
Кому, дураки, служите?

МАЛЕНЬКИЙ ПРИНЦ

День за днем
я рисую картинки
Про слепых дураков
и раздавленных кошек.
Мне в улыбках видны
только щели ширинок,
А в сияющих лицах
злорадные рожи.

Маленький принц устал
Прятаться за притолокой
Я его почти достал,
Да вся душа высохла…

Я соберу свои лучшие песни,
Отнесу их на встречу вечному лету.
Спички в кармане – будет так интересно,
Смотреть, как мысли уносит по ветру.

Маленький принц устал
Прятаться за притолокой
Я его почти достал,
Да вся душа высохла…

Вместо любви – суицидные мысли,
Три буквы – вместо волшебного слова.
В этой игре без названья и смысла
Я вижу надпись: «GAME OVER».

Маленький принц устал
Прятаться за притолокой
Я его почти достал,
Да вся душа высохла…

МАЛЫШКА

Солнце ударило с неба,
Расплескало застывшие камни.
Ветер кипел рассветом,
Брызгами кутая ставни.

Время пришло. Утро.
Яркий луч света в память.
Где ты теперь, малышка?
Кто тебя охраняет?

Кто хранит твои мысли?
Кто в твою душу входит?
Господи дай мне силы,
Дай мне хоть миг покоя.

Боль разошлась по венам,
В зеркале рожи корчит.
Ну где же твоя победа?
Там где бритва обиды точит.

Спите, слепые твари,
Вас не разбудит эхо,
Что звонко ударит о скалы
Страшным осколком смеха…

Хэй, малышка, смотри на небо –
Там падают звезды на нашу дорогу.
Хэй, малышка, накрой эту землю
Кровавой десницей доброго Бога.

Хэй, малышка, сломай эти песни,
Порви эти стены, сожги эту воду.
И тогда мы выйдем из плена,
Мы выйдем тогда с тобой на свободу

Ты станешь ветром,
Я стану снегом,
Мы никогда не вернёмся на землю,
Мы будем жить без души и плоти…
Но пока облака против,
Эти облака против,
Эти облака…

Хэй, малышка, достань флейту,
Сыграй мелодию для тысяч орудий,
Сыграй с зенитным огнём батареи
Гимн противоестественной любви к людям.

Мы будем играть на заброшенных скалах,
Будем смотреть на беспечное солнце,
Думать, что это происходит не с нами,
И как обычно – дай Бог, обойдется.

Ты станешь болью,
Я стану страхом,
Я положу свою грудь на плаху.
Ты будешь звонко смеяться напротив…
Но пока облака против,
Эти облака против,
Эти облака…

Хэй, малышка, распустим парус,
Горячей слезой до новых заветов,
Нам ничего с тобой не осталось-
Мы слушаем песни погибших поэтов,

Мы травим друг друга пустыми словами-
Пропитые души, картонных героев,
А боги сидят и всё смеются над нами-
Над маленьким стадом последних изгоев.

Ты станешь прахом,
Я стану пылью,
Мы будем плакать и выть от бессилья,
О нас никто не помянет, не спросит…

МИЗАНТРОП

Пьяный мизантроп возвращался домой
С белыми глазами, с целлофановой душой.
Волком выл песни, слюнявил атеизм,
Да мял рукой в кармане потный оптимизм.

Налетели красные дни календаря,
Разгулялась матушка-мать сыра земля,
Кушайте нас с маслецом да готовьте крест-
Все равно быть празднику, все равно конец.

Глупая любовь похмелялась в канаве,
Когда нас распяли под крики «Варраву!»
Да скалилась в небе молока-луна,
Да боль словно песня – к окну от окна.

А мы клянчили спасенья и прощения небес,
Но купил наши души за сивуху бес.
Он войдет негромко, только скрипнет дверь,
Не дыши, послушай – рядом с нами зверь.

Загляни себе внутрь, обними свои мысли-
Коли не стошнит, радуйся жизни.
А небо плюется сквозь тучи дождем.
Протяни свою руку – дай, Бог, дойдем.

Пьяным веселей, да по лужам вдвоем,
Только муторно и страшно входить в этот дом.
Ты чувствуешь, там кто то ждет нас с тобой?
С белыми глазами, с целлофановой душой.

Пьяный мизантроп возвращался домой…

МОЙ ПУТЬ

Мой путь лежит через вас,
И в каждом из вас мой Бог.
Я верил в Него, но не спас
Объятья слепых дорог

И каменный мост души,
И тропы дешевых слов.
Я для ориентира просил
Распять на холме любовь.

Картонная ночь прошла,
Пергаментом пел рассвет,
И смерть лгала, но легла
Серебром тридцати монет.

Я чувствовал боль внутри,
Я думал, что тьма порок,
Но рядом – в сердце зари
Рождался бессмертный Бог.

Мой путь лежит через вас,
И миг назад свет погас,
Но путь лежал напрямик,
И я увидел родник.

Я пил и увидел сам,
Как мир превратился в храм,
Где были друзья из снов,
И в каждом из них был Бог.

НЕЛЮБОВЬ

Стало холодно, больно и странно,
Словно лопнула в сердце струна.
Неестественно тихо и плавно
Из тумана явилась она.

В белом платье из лунного света,
С ожерельем из бусинок звезд,
Тонкой лентой из запахов лета
Были стянуты пряди волос.

Нелюбовь.

Из созвездий укутанных в терни,
Из забытых видений и снов,
Из движений последних, но верных,
Из несказанных песен и слов,

Появляясь подобно прощенью,
Растворяясь в мелодии слез,
Навсегда и всего на мгновенье,
Выходила из радуги грез.

Нелюбовь.

Я стоял и не мог шевельнуться,
А она, не спеша, подошла.
Я услышал, как трепетно бьются
У нее за спиной два крыла.

Ветер пел, звезды тихо смеялись,
И о чем-то шептал первый дождь,
Мы как дети всю ночь целовались
Я и ангел судьбы –
Нелюбовь.

ОДИН ЗА ВСЕХ

Один за всех он будет ждать
Ни смерти, ни жизни, ни сна.
Когда мы решили его распять,
На утро погибла весна.

Один за всех он погасит свет
И будет гореть огнем,
Но свечи, что мы успели зажечь,
Погаснут с последним днем.

Спи, маленький, спи.
Пусть это будет твой сон.
Жди, жди из под талой воды
Мой колокольный звон.

Один за всех – хлеб да вино,
Извечный ответ за нас,
Но мы отреклись давным-давно
От его детских глаз.

Страхом раздавлен один за всех,
Болью разбит по слогам.
Боже спаси и помилуй тех,
Кто верит нашим словам.

Спи, маленький, спи.
Пусть это будет твой сон.
Жди, жди из под талой воды
Мой колокольный звон.

Когда я сожму в постылых руках
Тонкие струны стихов,
Солнце утонет в густых облаках,
Ночь сварит из звезд свой плов,

И один за всех он будет петь,
И песня порвет пополам
Этот мир – так похожий на смерть,
Что липнет к нашим рукам.

Спи, маленький, спи.
Пусть это будет твой сон.
Жди, жди из под талой воды
Мой колокольный звон.

ОПТИМИСТИЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ (Мой мир мертв)

Бездарные ноты ложились на струны,
И словом безумным, как каплями пота
Мой демон гулял по крутому раздолью,
Отнял мою душу, убил мою волю.

И слава отцов в первобытном разврате
Тонула в болоте, как кровь в стекловате,
И тени сходились на шесть ипостасей,
В контуженом ритме, в голодном экстазе.

Я любил тебя земля
За бескрайные поля,
За туманы тополя,
За дубравы сентября.
Но теперь моя жизнь соткана
Пьяной песней слепого сокола,
Спелым ядом, что мед,
Первый аккорд.
Мой мир мертв,
Мой мир мертв,
мой мир…

В душной комнате болью вызволил,
Горько слезы лил жидким золотом,
Воробьев гонял, да проказничал,
Майским пряником, тульским праздником.

Ой, да по утру страхом мазаный,
С тертой совестью да за пазухой,
Сеял похотью поле-беспридел,
То ли выл – стонал, толи просто пел.

Я любил тебя земля
За бескрайные поля,
За туманы тополя,
За дубравы сентября.
Но теперь моя жизнь соткана
Пьяной песней слепого сокола,
Спелым ядом, что мед,
Первый аккорд.
Мой мир мертв,
Мой мир мертв,
мой мир…

Оптимистическая трагедия
Параллельного своеволия,
Суицидного сердоболия.
Хрупкая в небо лесенка-
Глупая моя песенка…

ОТСТАВНЫЕ СОЛДАТЫ ЛЮБВИ

Концептуальная вера в отсутствие меры
Появляется смело с утра у постели,
Открывает глаза, и в расплавленном солнце
Отражаются два безграничных колодца.

Когда мы будем одни,
Когда мы будем одни,
Когда мы будем одни
К нам вернутся они-
Отставные солдаты любви
Одни…

Аморально и антинаучно
Мы поднимаемся в синее небо.
Дождь наши слезы, ветер – души,
Тучи – обрывки нервов.

Тонкие пальцы, холодные губы,
Предупреждение номер десять-
Красная карточка,
Бейте в бубны-
Мы отличим паралич от смерти.

Когда мы будем одни,
Когда мы будем одни,
Когда мы будем одни
К нам вернутся они-
Отставные солдаты любви
Одни…

Воскрешая врагов и близких,
Убивая друг друга словами,
Правоверные атеисты,
Кто на деле – не знаем сами…

ПОЦЕЛУЙ МОЮ СМЕРТЬ

Стань
суетливая тень
путеводной звездой,
Стань ветром надо мной,
Стань просто собой
Стань просто собой…

Я тебе не нужен.
Выпей ночь из лужи,
Дай мне умереть,
Поцелуй мою смерть
В холодные губы.

Отними у меня безопасную бритву,
Прочитай на распев отходную молитву.
Я хочу увидеть себя со стороны,
Лежащим у белой бетонной стены.

И словно крылья на штукатурке
Следы окровавленных пальцев,
Это будет смешно,
Ты будешь долго смеяться,
Ты будешь громко смеяться.

Стань
суетливая тень
путеводной звездой,
Стань ветром надо мной,
Стань просто собой
Стань просто собой…

Я тебе не нужен.
Выпей ночь из лужи,
Дай мне умереть,
Поцелуй мою смерть
В холодные губы.

Страх от страха, от ада до ада-
Кому ты нужна сопливая правда?
Я не умею бояться, но пытаюсь любить,
Но если рок-н-ролл мертв
На кой теперь тебе жить?

Сладкой болью исколоты вены,
Господи, дай мне силы!
Я постараюсь остаться трезвым,
Запив цианид текилой,
Запив цианид текилой…

Первый из тех, кто узнал
Выпил яд и упал,
Но увидел звезды.
Он увидел звезды,
И ты увидишь звезды,
И я увижу звезды…

ПТИЦЫ ЧЕРНЫЕ

Ранним вечером, что в лето красное,
Налетели с неба птицы черные,
Толь стервятники, а то ли вороны,
Что-то пели голосами страшными.

Все кружились над храмовым куполом,
Да над гнездом голубицы гладь-белой,
Что птенцов своих закрыла, глупая,
Под покровом легких перьев.

Только скрылось за холмом ясно солнышко,
Растерзали малых детушек ироды,
Растоптали ой да светлое гнездышко,
А голубке когтями глаза вырвали.

А на утро выпала кровушка,
Вместо летнего дождика,
Растеклась речкой широкою
По российским по дороженькам,
по российским подорожникам…

Запекли облака коростой небо синее,
Расплескали снегом пепел на лица,
Ой, вы дураки, друзья-товарищи милые,
Кто же вас просил пить из речки водицу?

И гроза набатом траурным мается,
Разметав огонь по темному городу.
Полу люди, полу звери-уроды
Как выходят на улицы каяться.

Да только нет больше в душах их святости,
Да только нет больше в песенках воленьки,
Да только нет больше в лицах радости,
А в церквах светлых нет больше Боженьки.

И так за веком век и до скончания
Мы стоим на коленях у паперти,
Да только вместо молитвы молчание,
Да только двери алтарные заперты.

А по утрам здесь падает кровушка,
Вместо летнего дождика,
Растеклась речкой широкою
По российским по дороженькам,
по российским подорожникам…

Запекли облака коростой небо синее,
Расплескали снегом пепел на лица,
Ой, вы дураки, друзья-товарищи милые,
Кто же вас просил пить из речки водицу?

Ранним вечером, что в лето красное
Улетели в небо птицы черные,
Толь стервятники, а то ли вороны,
Страшным криком на людей похожие.

ТАМ ГДЕ

Моя молитва дошла до Бога,
Я вышел весь – мне осталось немного
В дорогу пора собираться,
Не плачьте друзья, мы встретимся, братцы.

Там где ветер бьет морем в стекло,
Где пьяный мастер играет на скрипке,
Там где по-прежнему верит в добро
Маленький мальчик с моей улыбкой.

Голимый мир перекрыл границы,
Чужие души, чужие лица.
Не спиться бы в этом дерьме,
Пока мы вместе – мы будем в цене.

Там где ветер бьет морем в стекло,
Где пьяный мастер играет на скрипке,
Там где по-прежнему верит в добро
Маленький мальчик с моей улыбкой.

ТОСКА

Когда сидишь в углу
И тупо смотришь в окно
На то, как вороны слетаются
На запах беды,
Тебе не трудно поверить,
Что уже все равно,
И ты бессмысленно сглотнешь
Горький привкус вины.
И подобно вину в голове
Растворится последняя
Надежда на спасение…

Ничто не вечно, почти, в этом мире.
Ты ненавидел, а теперь вместе с ним смеёшься.
Она любила, но теперь её чувства остыли.
Кто-то плачет, но слезы высыхают на солнце.
И когда от тишины уже стучит у виска,
В дверь войдет бессмертная старушка тоска.

Тоска, который день,
В этом мире и в этой стране,
Тока в этом городе,
В этом доме – тоска.

Никого нет рядом, и все до ужаса просто,
И к чему этот треп о философии жизни?
Этот мир слишком правильный, серый и плоский.
Мы пришли с тобой совсем из другого мира.
А здесь на серое небо восходит серая луна,
И серые людишки спешат по домам.

Тоска, который день,
В этом мире и в этой стране,
Тока в этом городе,
В этом доме – тоска.

И если бы хоть что-то надежду спасло,
И если бы любовь не ухмылялась так горько,
Всё кончится потом по-другому могло бы,
Но ты стоишь на карнизе, опираясь о стойку.
Внизу толпятся серые, ну что ж пора идти,
Кричат, небось пытаются кого то там спасти…

Тоска, который день,
В этом мире и в этой стране,
Тока в этом городе,
В этом доме – тоска.

УБИЙЦЫ

Добрые словно убийцы,
Мы страшные словно игрушки.
Мы превращаемся в листья,
Яд разливая по кружкам.

Странные серые твари,
Сверху посыпаны пеплом,
Как шлюхи на модном бульваре
Торгуем дешевым телом.

Скользкие взгляды прохожих
Лепят пошлые сказки,
И кажется, что невозможно
Разобраться, где лица, где маски.

Грязные потные руки
Тянутся к нашим душам,
Ну что ухмыляетесь, суки?
Веру никто не задушит!

Я пришел помешать тебе стать
Частью серого стада,
Я пришел отучить тебя лгать
И думать, что так и надо.
Я пришел помешать тебе спать,
Я пришел научить этот город летать.
Я знаю, где спрятан огонь,
Возьми мое сердце в ладонь,
И иди за светлой звездой…
Наутро мы будем с тобой,
К рассвету мы будем с тобой,
Мы будем вместе с тобой.

Черные страшные тени
От света настольной лампы
Танцуют на грязных стенах
Безумные черные танцы.

И руки дрожат от страха
Перед последней битвой,
Но больше не хочется плакать,
Сжимая холодную бритву.

Ты видишь тысячу лиц,
Но разницы в них так мало,
Одни смерть набирают в шприц,
Другие нальют в стаканы.

И всадник на черном коне
Здесь правит свои законы.
Кто вечно прибудет во сне
Тот проснуться уже не сможет.

Я пришел помешать тебе стать
Частью серого стада,
Я пришел отучить тебя лгать
И думать, что так и надо.
Я пришел помешать тебе спать,
Я пришел научить этот город летать.
Я знаю, где спрятан огонь,
Возьми мое сердце в ладонь,
И иди за светлой звездой…
Наутро мы будем с тобой,
К рассвету мы будем с тобой,
Мы будем вместе с тобой.

Я БУДУ ДЫШАТЬ

Я застелю этот свет прозрачной водой
Я не изгой мне просто больно дышать
Пейте мой мир – я вполне доволен собой,
Через мгновенье останется только ждать.

Когда вы увязшие в сладких парах кислоты
Откроете тупо глаза и увидите небо,
Когда вы сожжете последние в мире мосты
Я буду дышать, а ветер подавиться снегом.

Через чугунную ночь проводником
Смело пройдем – дети холодной ртути
Спелым огнем глубже тлеет мой сон,
Как на расплавленной соте раздавленный трутень.

Когда вы устанете думать и верить в любовь
Когда вы обгадите правдой последнюю стену
Когда вы взорвете последние храмы богов
Я буду дышать, а ветер подавиться снегом.

Застывшие всуе, застрявшие между перил
Веленье героев не терпит любви к героину
Я выжму финал из всех кого не убил
Расплавленный ветер моей святой Хиросимы.

Когда вы расслабившись всеми частями тела
На грязном от крови и свежих фекалий столе
Пустыми глазами таращитесь в чистое небо
Я буду дышать… давно задохнувшись во сне.

ОДИНОКИЙ ПОЭТ

Одинокий поэт ни с того ни с сего
Решил показать себя.
Он пришел домой, не снимая пальто,
Сел за старый рояль,

Он зажег папиросу, достал бумагу
И огрызок карандаша,
Он сегодня всем сердцем чувствовал правду –
Сегодня пела душа.

Он расправил дрожащей рукой два крыла,
Посеревших от будничных дел,
Прохрипел: «Будь, что будет! Трава-мурова!»
И, не думая долго, взлетел.

А вокруг было небо и над головой
Обжигающий солнечный свет.
Он летел надо мной, он летел над тобой,
Ему нравилось просто лететь.

Он касался руками загадочных звезд,
Он пил дождь и вдыхал облака.
Этот мир оказался до глупости прост –
Здесь мгновенья сплетались в века,

Здесь халява луна, да подруга одна
Горькой водкой тоска за тоской.
Он вздохнул, сплюнул вниз на чужие дома
И решил, что не вернется домой.

Что ж напрасно ты ждешь
Мой заброшенный дом,
Твой хозяин уже не придет.
Тишины никогда не коснется струной
Новой песни минорный аккорд.

Спи спокойно Земля – моя добрая мать,
Потребители чтут твой покой,
Твои дети все также умеют летать,
И пока остаются собой!

ТАМ ГДЕ

Моя молитва дошла до Бога,
Я вышел весь – мне осталось немного
В дорогу пора собираться,
Не плачьте друзья, мы встретимся, братцы.

Там где ветер бьет морем в стекло,
Где пьяный мастер играет на скрипке,
Там где по-прежнему верит в добро
Маленький мальчик с моей улыбкой.

Голимый мир перекрыл границы,
Чужие души, чужие лица.
Не спиться бы в этом дерьме,
Пока мы вместе – мы будем в цене.

Там где ветер бьет морем в стекло,
Где пьяный мастер играет на скрипке,
Там где по-прежнему верит в добро
Маленький мальчик с моей улыбкой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>