Александр Ермоленко “Грабители могил”

Статья из газеты “Украина криминальная”

Себя они называют «черными археологами». Однако, такое определение, даже с поправкой на «черные», официальных археологов коробит. Посвятившие себя науке о прошлом, они именуют нелегальных конкурентов не иначе, как «мародеры» и «грабители могил». И, хотя уголовная ответственность за незаконные раскопки всегда существовала, нынешней весной, в Украине принят, наконец, приняли «свій» Закон, карающий за археологический грабеж. О том, насколько остро стоит сегодня вопрос варварского разграбления памятников седой древности, рассказывают археологи, специализирующиеся на античной культуре народов, населявших юг Украины.
Случайно «перехваченный» в Институте археологии НАН Украины старший научный сотрудник Крымского филиала этого института Юрий Зайцев поведал отнюдь не утешительные для культурного наследия Украины факты. Как оказалось, не смотря на специально созданные милицейские и эсбэушные подразделения для предотвращения утечки археологических находок и обеспечения безопасности раскопок, нынешняя ситуация на полуострове существенно не изменилась.

К каждому крымскому раскопу милиционера не приставишь

заметил Юрий, характеризуя проблемы археологии полуострова. “Если один участковый одновременно в нескольких селах занимается ворами и убийцами, то он просто физически не в состоянии опекать еще и археологов”. Словом, ситуацию с ограблениями по-прежнему благополучной не назовешь. Мало того, по мнению ученного, она стала еще хуже. И сегодня роют все кому не лень, бизнес на предметах древних цивилизаций приобрел черты отлаженной индустрии, в которой роли четко распределены (одни копают, другие скупают и перепродают).
Кроме того, если прежде грабили преимущественно хорошо известные памятники старины, то сегодняшняя система грабительского поиска, отлажена лучше, чем у официальной науки. «Черные» изучают литературные источники, старые статьи, выискивая информацию о малоизвестных памятниках древности, и находят порой то, что официальной науке неизвестно». К наиболее неблагополучным, по мнению собеседника, следует отнести традиционные для такого рода грабежей районы Крыма: Бахчисарайский и Севастопольский, в меньшей степени — Симферопольский.

К слухам о том, что крымские грабители во всю используют дорогие металлодетекторы, Юрий относится скептически: «черные» иногда используют этот прибор, но поскольку он эффективен лишь на небольших глубинах (всего несколько десятков сантиметров), то основным их инструментом остается металлический щуп. Но и этим устаревшим инструментом, они безошибочно определяют подземные пустоты с находками…» За несколько лет в Крымском филиале института археологии скопилась целая коллекция щупов, брошенных грабителями на месте преступления (подобно тому, как «сбрасывают» оружие киллеры).

Учитывая квалификацию грабителей, складывается впечатление, что в их среде немало людей, знакомых с азами научной археологии. «Это вполне вероятно, – соглашается Юрий — во всяком случае, среди более интеллектуальных горожан».

По его мнению, сегодня даже приблизительные потери от грабежей археологических памятников Крыма определить не реально. «Поскольку нам неизвестно даже количество ограбленных могильников — объясняет крымчанин, — Ведь, если прежде грабители оставляли какие-то следы своей деятельности (ямы, шурфы), то сейчас они все аккуратно засыпают и маскируют. И кстати, работают, как правило, по ночам». По слухам, цены на находки в Украине гораздо выше, чем на западных аукционах.

Их работа и опасна, и трудна

К слову, на раскопках скифских курганов, нередко обнаруживали так называемые грабходы, с засыпанными останками грабителей двухтысячелетней давности. Как выяснилось, это занятие остается опасным и для их современных коллег. «Один из случаев, получивших широкую огласку — вспоминает археолог, — произошел в Бахчисарайском районе на могильнике Суворова (от названия ближайшего поселка). Обрушившийся склеп завалил одного из мародеров. А его подельники до такой степени испугались, что не постеснялись обратиться за помощью к официальным спасателям. Но спасать уже было поздно… Что произошло с уцелевшими грабителями — не известно. Но осудить их по недавно принятому закону тогда еще не могли. К слову, этот Закон предусматривает за «раскопки с целью личного обогащения» заключение сроком до пяти лет. Штрафом можно отделаться разве что в случае «непреднамеренных раскопок». Например, человек наткнулся на предметы древности, копая червей.

Насчет конфликтов между «черными» и «белыми» археологами, Юрий Зайцев, заметил, что в практике такого не случалось. Но припомнил прошлогодний эпизод, когда по экспедиции Симферопольского Таврического университета произвели выстрел из охотничьего ружья. Между тем, милиция заняла к «стрелкам» весьма лояльную позицию, выдвинув версию, будто грабители стали палить, приняв археологов… за своих конкурентов – таких же грабителей.

А мне вспомнились рассказы ученого секретаря Крымского археологического филиала Сергея Ланцова, имеющего более богатый профессиональный опыт. Со слов этого археолога, в начале 90-х под Севастополем грабители «оборзели» до такой степени, что средь бела дня копали древности под охраной вооруженных автоматами боевиков, которые к раскопу не подпускали ни официальную науку, ни милицию, с которой легко вступали в перестрелку.

Интересно, что татарское население Крыма, археологам не досаждает. «Татары никогда не грабят – это не в их культуре. Мало того, они очень доброжелательно относятся к экспедициям. Мы несколько лет стояли в Бахчисарайской долине на могильнике Суворова. И внук одного из жителей по собственной инициативе регулярно доставлял в наш лагерь воду. Татары делились продуктами и даже обеспечивали баллонами с газом…»

Не менее познавательной оказалась беседа с директором памятника национального значения Ольвия – Валентиной Крапивиной.

Потомственные грабители

Благодаря тому, что Валентине Владимировне удалось добиться для Ольвии статуса Памятника национального значения, удалось решить и вопросы ее охраны. «Сотни гектаров заповедника, с прошлого года взяты под охрану частной структурой «Юг-Щит-1». – рассказывает ольвийская заведующая. — И, притом, что заповедник остается не огражденным, ребята прекрасно справляются с обязанностями». Понятно, что эти услуги не бесплатны и обходятся в 360 тысяч в год – почти по тысяче в день на 20 человек с собаками. Но они того стоят, учитывая ценность уходившего из Ольвии материала» ( услуги государственной охраны обошлись бы еще дороже).

Но оплачивается эта частная охрана из государственного бюджета. Зато, как только появился этот заслон, прекратились и разграбления. Мародеров задерживают и сдают милиции. Эффективность достигается и тем, что в охранной фирме нет местных жителей из поселка Парутино и в обязательном порядке проводится обновление кадров.

«Доверить охрану Ольвии местным жителям нельзя категорически – убеждена Валентина Владимировна. — Это ведь село, причем формировавшееся из уголовников, сосланных осваивать здешние просторы еще при Екатерине ІІ-й». Вот они и «осваивали»: большинство построек села Парутино построено из древнегреческого камня. (Автор сам видел в стенах сараев и коровников фрагменты древних колонн.) И, несмотря на то, что Ольвия была объявлена государственным заповедником еще в 26-м году, вплоть до начала пятидесятых, село продолжало использовать стройматериал исключительно из ольвийского раскопа.

Кроме того, что село населяют потомки каторжан, многие из которых даже внешне напоминают даунов (за 200 с лишним лет локального проживания не обошлось без кровосмешения), большая часть поселка расположена, вдобавок, на ольвийском некрополе (могильнике) – месте, отрицательную энергетику которого отрицать сложно.

Словом, поселок заселен целыми поколениями кланов грабителей, из поколения в поколение живущих исключительно за счет грабежей предметов древнегреческой и римской культуры. Эти традиции живучи и вероятнее всего, неискоренимы: едва научившиеся ходить, дети тут же бегут в Ольвию «что-то собрать». В общем, нет ничего удивительного, что для жителей поселка со столь «веселыми» характеристиками в вопросе «грабить или нет» вариантов не существует…

Периодов, когда активность парутинских грабителей несколько снижалась, не много. По мнению собеседницы, одно время сельчан сдерживала «строгая, но справедливая» советская власть. Но в последнее десятилетие повсеместного «пофигизма» для грабежей вновь зажегся «зеленый свет». «Еще до прошлого года, — уточняет Валентина Владимировна, — сельчане целыми бригадами, как на работу отправлялись грабить Ольвию. Средь бела дня, в самом центре заповедника…» Да что там: еще несколько лет назад Ольвию одновременно раскапывали около сотни парутинцев, только за земляные работы зарабатывая 15 гривен в день. А уж если кто-то чего-то находил, ему шла прогрессивная надбавка… Причем работали эти «землекопы» в компании вооруженной автоматами охраны.

Во что науке обходились «черные»

«По нашим скромным, и очень приблизительным подсчетам, — продолжает археолог, — всего лишь за два с небольшим года (уже XXI века), на территории заповедника грабителями было вскрыто около 1600 могил… Для сравнения – за 15 лет раскопок ольвийского некрополя известный археолог Фармаковский открыл не больше тысячи могил… То есть, количество похищенных сокровищ, как минимум на треть превышает суммарное количество всех экспонатов Петербургского Эрмитажа и Одесского археологического музея»! И, как предполагает директор Ольвии, основная масса похищенного ушла за рубеж.

Когда же она попыталась ответить на многочисленные вопросы – «сколько это стоит», то не зная, что именно украдено, решила произвести подсчет по методу аналогии. «Я просчитала приблизительную стоимость четырех могил эпохи архаики, четырех – эпохи классики, семь могил эпохи эллинизма, и четыре – римской эпохи. Сориентировавшись по этим 19 могилам (от VI-го века до н.э. до IV-го н.э.) определила их среднеарифметическую стоимость и, умножив на общее количество ограбленных могил, получила результат. По ценам международных аукционов, приблизительная усредненная сумма составила… 46 млн. американских долларов! И это, напоминаю, результат деятельности грабителей только за два с небольшим года. Понятно, что после таких сумм 360 тысяч гривен в год на охрану большими расходами не кажутся».

Кроме того, грабителям в свое время были заказаны два ольвийских каменных алтаря (за меньший алтарь предлагалось 25 тысяч долларов, большой алтарь заказчик оценил в 50 тысяч у. е.), которые даже попытались демонтировать. И только потому, что археологи подняли шум в прессе, уникальные алтари удалось сберечь.

«Продвинутые» парутинцы

Но технически совершенствующиеся грабители «прозондировали» всю Ольвию металлоискателями, от чего заповедник сплошь усеян ямками. Работавший здесь в юности мой товарищ объяснил их происхождение: «Если еще в конце 70-х, начале 80-х, копнув всего на штык лопаты, наткнуться на золотую монету с гербом Ольвии особенной удачей не считалось, то уже в начале 90-х, из-за грабительских металлодетекторов не осталось ничего…»

К слову, по новому Закону «Об охране археологического наследия», использование металлоискателя без «открытого листа» запрещено. Но в том же селе Парутино, по сведениям Валентины Владимировны, было как минимум 11 таких приборов. Причем не каких-то примитивных, используемых официальной наукой – металлодетекторы австралийского и немецкого производства, показывающие на дисплеях глубину, размеры и металл из которого изготовлено изделие. Кроме того, Валентина Владимировна выяснила, что на ольвийском некрополе грабители работали даже с геолокатором. А эта штука посерьезнее. Например, хороший прибор, работающий по принципу эхолокации в состоянии не только определять подземные пустоты на приличной глубине, но и показать находящиеся в них предметы.

«Понятно, что парутинцы не были бы столь технически продвинутыми, – считает директор заповедника, – если бы за ними не стояли обеспеченные перекупщики и богатые заказчики. Это масштабный, хорошо отлаженный бизнес».

Куда смотрит милиция?

Внимая Валентине Владимировне, меня (знакомого с археологией и историей грабежей не понаслышке) не покидало ощущение ирреальности. Почему эта древнейшая на планете криминальная профессия приобрела в Украине размах, не сопоставимый с тем, который творили грабители с египетскими пирамидами задолго до новой эры… Есть же у нас МВД и СБУ? «Вообще то у меня скопились целые тома переписки со всевозможными правоохранительными органами. – печально констатирует археолог, – Но ее итогом было следующее: единожды появившиеся у нас эСБэУшники заявили, что археологи, дескать, «все придумали и преувеличили». Что «грабительский шурф – не шурф, а бульдозер случайно ковш опустил». Когда же мы обратили внимание «органов» на стреляные автоматные гильзы, те дали совсем бредовые объяснения – мол «это у вас проходили учения» … Какие учения в государственном заповеднике?!»

И хотя на сегодняшний день проблема с Ольвией как будто решена, остались проблемы с ольвийскими периферийными поселениями, которые, – по словам директора, – стали грабить с утроенной энергией. И, все же, Валентина Владимировна признала повысившуюся активность не только грабителей, но и органов тоже. Первые пять мародеров (известный грабительский клан братьев Харланов из Парутино) были арестованы в апреле этого года.

«Из коллекции джентльмена»

«Мне стало чрезвычайно стыдно, — созналась Валентина Владимировна, – когда, беседуя с грузинскими коллегами, выяснилось, что не смотря на нынешнюю бедность Грузии, там исторические памятники никто не грабит. А всплеску так называемой «черной археологии» у нас способствует: во-первых — особенности национальной культуры; во-вторых — экономический кризис; и, наконец, возникновение рынка сбыта. Причем, не только зарубежного. В Украине как-то неожиданно объявилось множество коллекционеров, которые принялись скупать все что возможно, поскольку у нас это занятие стало очень престижным.

Так, например, наши датские коллеги были буквально потрясены, узнав, что коллекция древностей Платонова была официально выставлена в Софии Киевской… Наверняка в Украине отыщется еще немало коллекционеров, имен которых мы попросту не знаем. Возникает закономерный вопрос: если вы такие меценаты, почему же вы не отдадите свои коллекции в государственные музеи? Правда, Платонов передал государству весьма незначительную часть своей коллекции. Но он единственный, кто хоть что -то передал.

В нашем обществе произошла подмена понятий, когда коллекционеры – «меценаты» выставляют себя в качестве спасителей нации. Их аргументация в основном сводится к тому, что они, видите ли, перекрывают зарубежные каналы сбыта грабительской добычи. (Но при этом сами же, пардон, и создают эти каналы в Украине.) Или, что мол «в музеях все плохо хранится». А кто из вас дал деньги, что бы наши музеи улучшить?

Словом, можно принимать самые правильные законы, которые по нашей традиции исполняться все равно не будут. Ведь закон, подобный принятому этой весной — о запрете несанкционированных раскопок — существовал давно.

По мнению собеседницы, необходима глобальная государственная программа спасения сохранившихся памятников, в том числе программа по нашим несчастным музеям. Ведь за этими, оседающими в частных коллекциях историческими памятниками, лежат целые тома навсегда сожженной истории для наших будущих поколений…

Для справки: Ольвия – древнегреческая колония на берегу Днепро-Бужского лимана (ныне Очаковский район), просуществовавшая около тысячи лет на стыке старой и новой эры. Герб города – орел на спине дельфина (дельфин – покровитель города Аполлона Дельфиния, орел – символ Зевса). С 1926 года объявлен государственным заповедником. Нынешняя Ольвия, это 270 гектар заповедной территории со статусом «Памятника Национального значения античной Ольвии». Охраняется государством.

Для справки: поселок Парутино основан в XVIII веке староверами-некрасовцами в районе Татро-Парутинской балки. С присоединением Крыма и юга Украины к России староверы ушли в Румынию, а их место заняли сосланные каторжане, принадлежавшие графу Кушелеву-Безбородко. Соответственно, нынешнее население поселка, практически сплошь состоит из далеких потомков каторжан.

Кстати: Грабежи Ольвии отмечены полицией России еще в конце XIX века. По сообщению херсонского пристава, ему пожаловался тогдашний владелец Ольвии граф Мусин-Пушкин, на печально известных братьев Гохманов, промышлявших скупкой у парутинских грабителей находок и их перепродажей. (К слову, именно эти братья некогда наводнили международный рынок антиков подделками.)

Для справки: Платонов – владелец нескольких мраморных карьеров Украины. Известный коллекционер, который открыто скупает, у кого придется, античные произведения искусств. Первое время выставлял свою коллекцию в Национальном банке, позднее несколько лет в Софии Киевской. Сейчас его выставка под названием «Платар» гастролирует по югу Украины. Кстати: недавно Платонов объединил свою коллекцию с коллекцией главы промышленников Донбасса Тарутой. Отсюда и название выставки «Платар»:ПЛАтонов – ТАРута. Вопрос, однако, заключается в том, насколько законно такое «собирательтво»? И все ли награбленное отдали государству господа Платонов и Тарута?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>